Получив в начале 2000-х небольшое наследство после смерти отца, Валера решил попробовать себя в качестве предпринимателя. Уже тогда было понятно, что советские порядки найма, когда месячного жалования худо-бедно должно было хватать на жизнь до следующей получки, навсегда ушли в прошлое. Люди, не успевшие оседлать «рыночную экономику» (Валера был явно в их числе) могли при трудоустройстве рассчитывать лишь на прозябание и бабушкину пенсию. Правда, вытащить из этой безнадёги тогда еще мог какой-нибудь лихой поворот судьбы. Тогда такое еще порой случалось, поскольку в железобетонном куполе Стабильности, накрывшем страну в следующие годы, еще можно было найти прорехи.
Один из благоприятных случаев как раз и произошел после отцовой смерти, когда, придя в себя после траура, Валера стал изучать доставшееся наследство. Оказалось, что среди прочего были акции машиностроительного завода, где батя работал на не слишком высокой, но всё-таки руководящей должности. Акций этих отец в свое время получил гораздо больше, чем простые работники, поскольку и стаж у него был ветеранский, и на свои деньги он этих ценных бумаг немного прикупил, и ваучеры вложил туда же. По стечению обстоятельств, в те дни, когда эти акции оказались в Валерином распоряжении, в городе шла экономическая война за обладание машиностроительным комплексом. Цены на инвестиционные паи резко взлетели, и Валера решил продать доставшиеся ему ценные бумаги. Отец бы этого, конечно, не одобрил, поскольку был патриотом своего завода, но кто осудит 34-летнего человека за желание получить легкие деньги? К тому же Валера вовсе и не собирался проматывать наследство. Был у него бизнес-план.
Идея была по тем временам свежа: создать электронный справочник юридических лиц. Спустя годы таких стало полным-полно, а в самом начале 2000-х Валера был на этом рынке едва ли не первопроходцем, по крайней мере в своем городе. Работая в разных газетных редакциях и рекламных агентствах, он удивлялся, как их хозяева не понимают, что базы данных рекламодателей, которые они ведут,сами по могут быть ходовым товаром. Попытки убедить их в этом ни к чему не приводили: все боялись как раз обратного — утечки информации, и Валера надумал действовать самостоятельно.
Акции решено было продать, а на вырученные деньги «раскрутиться». Созвонившись по газетному объявлению с неким инвестиционным агентством, Валера отправился на сделку. Дело было небезопасное: «лихие 90-е» хоть и остались в прошлом, но война за собственность продолжалась нешуточная. Сумма, конечно, была не из тех, за которую убивают, но кинуть могли легко. По крайней мере, Валера попросил приятеля проводить его до указанного в объявлении адреса и подождать неподалеку.
«Инвестиционное агентство» представляло собой комнату площадью метров 15, перегороженную фанерной стенкой. Находилось всё это в каком-то обшарпанном, пропахшем кошками здании в старой части города. Внутри творилось непонятно что: часть помещений была занята офисами, часть жильем. Валеру это насторожило, но отступать было поздно. Из мебели в передней части «офиса», до которого он не без труда добрался по извилистым и темным коридорам, стояли лишь стол, стул и кадка с пальмой на табуретке. За столом сидела опрятная приветливая девушка. Перед ней лежал на столе какой-то гроссбух.
— Директор вас ждет, он сейчас выйдет, — сказала она.
Через минуту из-за перегородки действительно вышел человек примерно Валериного возраста, только одетый, в отличие от Валеры, по-столичному шикарно. «На нем, пожалуй, шмоток на сумму большую, чем вся наша сделка», — подумал слегка оробевший обладатель акций. Но директор вел себя естественно, без снобизма, хотя и сдержано. Они с девушкой бегло изучили Валерин паспорт и другие документы, чтобы убедиться, что это действительно имеют дело с продавцом. После этого произошло невероятное. Инвестор вынул из-под пальмы с кадкой причитающуюся сумму, попросил расписаться в гроссбухе, передал деньги и, вежливо попрощавшись, исчез за перегородкой. Валера пересчитал, всё сходилось: три тысячи долларов с лишним, как договаривались. С недоверием посмотрел на секретаршу. Та приветливо улыбнулась и кивнула, давая понять, что дело действительно сделано и ему можно уходить.
Валера не мог поверить в то, что всё это случилось в реальности. Впервые в жизни он держал в руках такую сумму. Волшебная кадка с пальмой воспринималась как кульминация какого-то сюрреалистрческого шоу. Тем не менее, всё это была самая настоящая действительность, и деньги оказались не фальшивыми: через неделю Валера узнал из газет, что на заводе, где четверть века проработал отец, сменился собственник. Вот почему акции так активно скупали приезжие из Москвы. Задержись он с продажей на несколько дней — не получил бы и десятой доли своего богатства. Повезло, одним словом.
Нельзя сказать, что Валера удержался от соблазна пожить на широкую ногу. Он прибарахлился, сделал апгрейд компьютера, прикупил всякой милой техники (в том числе наладонный компьютер PalmOne, едва ли не первый в городе), даже съездил со знакомыми из одной рекламной газеты в Москву на какой-то бизнес-семинар, с целью скорее, как тогда говорили, «поколбаситься», чем получить знания. И всё-таки большую часть полученной от продажи акций суммы он пустил в дело: заплатил юристу за подготовку учредительных документов, снял квартиру под офис и приготовился к тому, что в первые месяцы, пока его продукт не будет готов, придется лишь тратить деньги на текущие расходы — еду, аренду, налоги. Аккурат под Новый год работа над справочником закипела.
Своровав одну из баз данных в конторе, где с ним не очень хорошо
обошлись, и дополнив ее данными из других источников, Валера приступил
к программированию. Это ремесло он освоил самостоятельно и писал на Java уже несколько лет. Редкое еще по тем временам умение
программировать было и поводом для самоуважения, и подспорьем в
тогдашней бурной жизни. Валера создал несколько программ для
собственных целей, пробовал делать сайты, написал на заказ несколько
скриптов, облегчающих компьютерную верстку, для редакций местных газет.
В глубине души Валера понимал, что реализоваться как программисту ему
хочется даже больше, чем как предпринимателю. Но был у него и «комплекс
самозванца»: кто же его без специального образования на серьезную
работу возьмет? Разве что эникейщиком. А тут вот он, шанс: сам
заказчик, сам исполнитель. Полная свобода творчества.
Трудности, с которыми столкнулся Валерин бизнес, были вполне типичными. Деньги быстро кончались, а продукт был всё еще не настолько стабилен, чтобы продавать его. Пришлось потратиться и на приобретение дополнительных баз данных, в том числе иногородних, поскольку потенциальные заказчики не готовы были платить за тот небольшой объем информации, который Валера раздобыл изначально. Он даже нанял помощницу по имени Лариса, которая пополняла справочник данными из газет и прочих источников.
Через 4 месяца упорной работы альфа-версия справочника была готова. Валера записал ее на компакт-диски, оснастил распечатанными на струйном принтере конвертами с логотипом. Пришла пора продаж. К этому моменту из квартиры, непригодной для приема посетителей, Валерина фирма, состоявшая из него самого, помощницы и пары компьютеров, переехала в малюсенькое помещение под лестницей в одном из городских «офисятников». Валера привел это пространство в порядок за свой счет в обмен на освобождение от арендной платы за два месяца.
Да, справочник вызывал интерес. Цену Валера назначил для начала демпинговую, лишь бы расходилась молва о его продукте по фирмам города. Он дал несколько рекламных объявлений, обзванивал организации, нанимал распространителей. Интерес был, несколько дисков удалось продать, несколько разошлись как подарки знакомым предпринимателям, но ажиотажа, вопреки ожиданиям, не было. Обычное на начальном этапе бизнеса дело.
Время шло, и Валерин бизнес подкошивали несколько факторов. Во-первых, подошла пора платить налоги за первый квартал. Не так велики были суммы, причитающиеся государству, как затраты времени на бумажную волокиту. Нанимать бухгалтера Валера не хотел, так как денег уже оставалось в обрез, отчетность составил сам, но на это, а главное — на разъезды по госконторам ушло время и силы. Во-вторых, льготный период аренды заканчивался, и на горизонте замаячила арендная плата, которая, в совокупности с платой за квартиру, представляла собой финансовую угрозу вполне масштабную. В третьих, Ларисе тоже было нужно платить, хоть и работала она у него не полный рабочий день. Нельзя было обойтись и без рекламы. Количество платежей росло, масштабные продажи откладывались. Валера трезво подсчитал, что денег хватит еще на пару месяцев. Он уже подумывал о том, что делать, если всё это придется закрыть и отложил несколько сотен долларов как НЗ. Обратился, было в банки, в ужасе отшатнулся от тамошних условий. В одном из кредитных отделов, куда он обращался, работал человек, которого Валера когда-то знал как вожатого в пионерлагере. Он-то и объяснил популярно, что тогдашние кредиты были рассчитаны в первую очередь на торговые спекуляции, а не на такие высокотехнологичные дела, какое затеял Валера. Связавшись с любым банком тогдашнего образца создатель бизнес-справочника или подобных затей остался бы либо без штанов, либо без бизнеса, а скорее всего и без того, и без другого.
Дополнительной неприятной неожиданностью стал приезд знакомых еще с 90-х бандитов. Раньше он просто эпизодически общался с этими ребятами, с которыми когда-то случайно познакомился на чьем-то дне рождения. Теперь же они приехали к нему явно с целью поживиться. Ничего не требовали, разговаривали вежливо, попросили починить компьютер, но Валера прекрасно знал, во что такие визиты в конце концов выливаются.
В думах о не слишком радужных бизнес-перспективах, Валера сидел в один
из весенних дней в своем подлестничном офисе и пытался добиться
совместимости своего справочника с браузером Opera. На тот момент еще
одна угроза нависла над Валериным творением, причем коренилась она не в
родном российском беспределе, а далеко за океаном, в солнечной
Калифорнии. На своей шкуре довелось Валере узнать, что такое Война
браузеров. Свой справочник он начал писать для Internet Explorer’а. Без
сложностей не обошлось, поскольку пришлось, решать проблемы с
безопасностью приложения (браузер должен был обращаться к локальной
базе данных), но справиться удалось. С началом продаж выяснилось, что
далеко не во всех организациях пользуются браузером от Microsoft.
Кто-то предпочитал Opera, кто-то даже воскресший как раз в то время под
именем Firefox старый браузер Netscape Navigator. У Валеры в те дни не
выходило из головы:
Биллу Гейтсу коллеги с зарплаты
Подарили Нетскейп Навигатор,
И растроганный Билл,
Как его подключил,
Всё шептал: «Вот спасибо, ребята!»
«Вот спасибо, ребята!» — саркастически вторил лимерику Валера узнав, что ему теперь
придется решать проблему еще и с Mozilla. Но мало того, что для всего
этого зоопарка приходилось находить экзотические варианты обращений к
базе данных. Каждый браузер норовил отобразить пользовательский
интерфейс в соответствии с какими-то одному ему известными правилами.
Расползался внешний вид, искажались стили, непредсказуемо вели себя
некоторые теги. В общем, триумфальное шествие в очередной раз
откладывалось.
— Чем занимаетесь вы здесь, молодые люди? — прервал Валерины раздумья голос от входной двери. Оторвав взгляд от компьютера, Валера увидел высокого человека лет тридцати с небольшим, в очках, с буйной шевелюрой и усиками. Внешность посетителя напоминала Джорджо Мородэра с конверта виниловой пластинки из 1970-х.
— Вы, наверно, по поводу бизнес-справочника, — начал хозяин офиса, хотя
внешность парня и не показалась ему достаточно солидной для потребителя
такого рода продукции. — Вы знаете, мы еще только начинаем продажи и
полностью готова версия только для Internet Explorer…
— Валерка, ты в самом деле меня не узнаешь? — прервал его «Джорджо Мородэр».
Джорджо Мородэр… В памяти всплыли посиделки школьной поры за прослушиванием магнитофонных записей, что-то знакомое почудилось во внешности стоявшего у двери и дружелюбно улыбавшегося посетителя…
— Мишка! Я ж тебя лет 15 не видел, с тех пор как после 8-го класса в техникум поступил!
Это был школьный друг Мишка Самойлов, и не просто друг, а один из лучших друзей детства. Валере всегда было досадно и стыдно за то, что уйдя из школы он потихоньку прекратил с Мишкой общаться: у каждого — у Валеры в техникуме, у Мишки в 9-м классе — появился новый круг общения, новые интересы. Потом Мишку и вовсе забрали в армию. Валера отправил ему несколько писем, получил несколько ответов, но однажды ответ на очередное Валерино письмо не пришел, и он писать перестал. Уже потом он сообразил, что письмо другу в армию могла задержать военная цензура, потому что в своих посланиях Валера с детской наивностью спрашивал о дедовщине и о некоторых других вещах, о которых гражданским знать не полагалось. Не получив от Мишки из армии ответа он не слишком расстроился: молодая жизнь бурлила, отвлекала от воспоминаний о старом, черт знает куда заброшенном воинским призывом, друге. О том, насколько плохо он поступил, прекратив писать Мишке, Валера понял только когда сам попал в армию.
Но Мишка, казалось, не собирался обсуждать былые недоразумения. Он стоял на пороге маленького офиса всё такой же добродушный, со всегдашней слегка ироничной улыбкой на лице. Да, уж что-что, а хороший юмор Валерин школьный друг любил. В огромной семейной библиотеке Самойловых почетное место занимали собрания сочинений Марка Твена, Ярослава Гашека, томик Козьмы Пруткова стоял на виду. Повести о Ходже Насретдине, а также огромное количество других юмористических книг, в том числе дореволюционных, многие из которых Валера больше ни у кого не видел — всё это было там.
Но произведения смешных жанров составляли лишь малую часть книжной коллекции семьи Самойловых, чудом сохранивших культуру и интеллигентность, по-видимому, еще с досоветских времен. На размещенных во всех комнатах их просторной «сталинки» застекленных стеллажах было всё, о чем мог мечтать любитель чтения: приключения и фантастика от Дюма до Беляева, вся русская и зарубежная классика, произведения философов и историков, и всё это не разрозненными томами, а преимущественно в виде полных собраний сочинений. Роскошная частная библиотека. Таких обширных Валере больше ни у кого видеть не доводилось.
Мишка вообще был парень начитанный и интеллектуально развитый, учился без троек, интересовался электроникой и не просто интересовался, а изготавливал довольно сложные самодельные устройства, даже магнитофон сам собрал. Валера ему в этом в глубине души завидовал. Он и мечтать не мог о тех радиодеталях и инструментах, которыми располагал Мишка. Но на самом деле материальные условия были ни при чем. Мишка действительно был талантлив, сообразителен, ловок. Всё у него получалось, наделяя его спокойной уверенностью в своих силах. Интересовался он и другой, не электронной, техникой, причем, опять-таки, с конструкторской точки зрения. Разобрать до винтика и собрать заново велосипед было для него делом десяти минут. В их семье год за годом выписывали всю техническую периодику тех лет: «Моделист-конструктор», «Техника молодежи».
Мишкины родители были людьми обеспеченными. Отец — главный энергетик на каком-то не крупном, но богатом заводе, мама — преподавательница в вузе. При этом к «золотой молодежи» Мишка совсем не тяготел. В школе держался со всеми на равных, не выпячивал свое относительное материальное благополучие, не заискивал перед хулиганистыми выходцами из необеспеченных семей. Этого как раз не было. Естественно себя вести у него получалось само собой.
Школьный друг сильно повлиял на Валерино развитие. Они вместе слушали музыку, читали и обсуждали книги, ходили в кино, гоняли на собранных из разномастных запчастей самодельных велосипедах. Однажды Валеру даже пригласили в деревню, где жила одна из Мишкиных бабушек. Это было очень далеко от областного центра, и друзья, наряду с отменной рыбалкой и походами в лес за грибами, вдоволь наслушались там Севу Новгородцева «город Лондон BBC», которого в этой сельской дали не могли достать глушилки спецслужб.
И вот спустя полтора десятка лет школьный друг стоял перед Валерой живой и здоровый, хотя, конечно, и немного постаревший.
— В этом здании работаешь, Миш? — спросил Валера после неизбежного в таких случаях обмена радостными возгласами.
— Да, на втором этаже. Мебельный салон там видел? Вот там. Сейчас как раз с обеда возвращаюсь. Тебя-то я тут давно заприметил, да всё сомневался: думал ты, не ты? Потом убедился, что да, Валерка это и вот, решил заглянуть к тебе. Заходи после работы, сходим куда-нибудь, поговорим.
— До скольких работаешь?
— До 4-х.
— Договорились.
У Валеры были другие планы на вечер. Он хотел задержаться за компьютером, чтобы доработать пару моментов в веб-интерфейсе, но разве это сопоставимые вещи? Программирование можно и отложить. Это же Мишка, о котором он так часто вспоминал все эти годы. Почему не искал его, не навестил? Да уж слишком бурное было время. К тому же чувство вины за прерванную армейскую переписку давало себя знать.
К четырем пополудни Валера поднялся в просторный зал на втором этаже. Там всё было заставлено мебелью. Мишку нашел в одной из дальних комнаток, он уже собирался домой.
— Кем ты здесь, Миш?
— Сборщиком мебели, — запросто ответил школьный друг. — Ты же знаешь, я с детства рукодельный, а сейчас мебель народ покупает очень активно. Один из самых прибыльных бизнесов. Вот, зарабатываю тут, и неплохо, надо тебе сказать, по нынешним временам. Заодно дома многое переделал. Тут ведь у нас бывают комплектующие немного бракованные, а то и вовсе остатки МДФ, непонятно откуда взявшиеся. Покупаю их у хозяина задешево, дорабатываю, отличная мебель получается. Придем ко мне — покажу, ты-то точно оценишь по достоинству.
Валеру не столько впечатлил рассказ о самодельной мебели, сколько то, что друг работает в этом салоне сборщиком мебели. «Мишка? Умница, золотая голова класса? Сборщиком мебели? Он же, вроде, на физфак поступил после армии…», — припомнил Валера услышанное много лет назад от общих знакомых.
— Ну, пойдем, Валера, — продолжил Мишка. Я ведь всё там же живу. 10 минут ходьбы отсюда, потому и это место работы выбрал. Только зайдем по дороге в какое-нибудь кафе.
Валера вспомнил, что здание, где находится его нынешний офис, и впрямь находится неподалеку от школы, где они когда-то с Мишкой учились. Только вот Валера с тех пор сменил место жительства раз десять и оказывался то в центре города, то на одной из окраин. А Самойловы, поди ж ты, всё там же.
— По прежнему с родителями живешь?
— Да всякое было. Женат я был, потом развелся, опять вернулся в родительскую квартиру. У меня кроме мамы уже никого не осталось, отец умер, бабушки тоже… — Мишка замолчал. — Знал бы ты, какой это был для меня удар — батина смерть…
— Мой тоже умер. Больше года назад, — ответил Валера. В отличие от Мишки он вырос в неполноценной семье и с отцом виделся лишь изредка, но смерть отца неожиданно стала и для него сильнейшим из испытанных в жизни потрясений, от которого он на тот момент еще не до конца оправился.
— Есть тут одна забегаловка, — продолжил Мишка уже на ходу. — Всё время туда после работы захожу. Там можно посидеть, поговорить.
— Пошли, если там не очень дорого. Я сейчас экономлю, поступлений пока никаких…
— Не переживай, там всё запросто.
Мишка привел Валеру в действительно простецкое кафе, которое, если честно, до этого звания даже немного не дотягивало. Там собирались после работы работяги, выпивали, беседовали, так что место было самое подходящее. К Валериному удивлению, друг заказал себе, помимо прочего, стакан водки.
— Тебе это зачем?
— Извини, Валер, я без этого не могу. Давно уже. Алкоголик я, — сказал Мишка без малейшего замешательства. Он привычным жестом опрокинул стакан в рот и закусил.
— Да как же так… — начал было Валера, но осекся и внутренне похолодел. Он уже был достаточно умудрен жизненным опытом для того, чтобы напоминать пристрастившимся к алкоголю людям о том, что они талантливы, что нужно себя беречь и как-то попробовать прекратить себя уничтожать, что…
— Знаешь с чего это началось? — Спокойно спросил Мишка. — Со случая одного в армии. Я тогда человека убил.
Не дожидаясь Валериного приглашения, Мишка, которому, видимо, не часто предоставлялась возможность выговориться, начал свой рассказ.
— Ты же помнишь, я в армию когда ушел, письма с моего места службы доходили через раз.
При этих словах Валера в очередной раз почувствовал угрызения совести за то, что так легкомысленно относился к переписке с попавшим в армию другом. Мишка же, казалось, об этом совсем не помнил и продолжал:
— Я попал служить под Ленинград, в охрану базировавшегося там поезда правительственной связи. Объект сверхсекретный, отсюда и проблемы с письмами. Это был такой командный пункт на базе железнодорожного состава. С виду обычные пассажирские вагоны, а под обшивкой броня, электроника и всё такое. При необходимости разворачиваются космические антенны и можно управлять ракетами, перемещаясь по железным дорогам всего СССР. Вот этот бронепоезд мы и охраняли. Однажды переместился наш состав в КомиАССР, тогда этот регион еще так назывался. А там, знаешь, наверно, что находится — «республика Коми — зона на зоне». Вот однажды перед разводом нам и говорят: сбежали из заключения уголовники, здесь могут появиться. Так и вышло. Пошел я в караул, хожу по перрону вдоль состава, а этот черт и вылезает из-под вагона. Меня увидел, нож достал, прет, на «Стой! Стрелять буду!» и ухом не ведет. Ну, я в него и разрядил весь рожок. Размазало его по всей платформе… Парни услышали, подбежали сзади, держат за руки, а меня, понятное дело, нервный озноб колотит… Капитан в караулке стакан налил, я выпил залпом, даже не почувствовал. Думал, вода, а это спирт был. Вот с тех пор и пристрастился…
Они помолчали, потом поговорили на другие темы, порассказывали друг другу о своей послешкольной жизни. Наконец, вышли на воздух и зашагали к Мишкиному дому. Дорога пролегала мимо школы, где вместе учились. Зашли туда, обошли здание, повспоминали одноклассников и забавные случаи. Наконец, добрались до квартиры, в которой так часто бывали вместе после уроков. Когда вошли в подъезд и стали подниматься по старой просторной лестнице, каких в современных домах давно уже не делают, сердце Валеры зашлось в таком приступе ностальгии, что закружилась голова.
В квартире Самойловых мало что изменилось. Мишкина мама была всё так же хозяйственна и гостеприимна, приготовила ужин, участливо порасспрашивала Валеру о его житье-бытье. Узнав, что у него «свой бизнес», сказала сыну с упреком:
— Вот, смотри-ка, Валера свое дело открыл… Молодец!
В этих словах подразумевалось, кажется, еще и что-то похожее на «не то что ты, алкоголик». Валера внутренне поежился. Свой вновь приобретенный предпринимательский статус он уже давно не считал завидным. Он даже с удовольствием променял бы его на возможность зарабатывать стабильный доход честным физическим трудом, как Мишка. Только вот, характер у Валеры за последние годы испортился, да он и изначально покладистостью не отличался. Устроившись на работу, Валера каждый раз не долее как через несколько месяцев нарывался на какой-нибудь скандал, в основном в связи с низкими зарплатами. Поэтому и в предпринимательстве решил себя попробовать, чтобы делать что-то самостоятельно, без оглядки на начальство. Но прошедшие полгода показали, что и эта стезя не по нему. Деньги истратил, кажется, по существу, а результатов кот наплакал…
Между тем, оглядевшись, Валера понял, что Мишка еще далеко не утратил в связи со своим недугом способности создавать красивые и удобные вещи. Да и следов неряшливости, неопрятности, характерных для домов, где живут пьющие люди, не было заметно. Во всех помещениях стояла приличная мебель, отчасти купленная, отчасти изготовленная рукодельным хозяином и ничем не уступавшая промышленной. Была там и довольно приличная бытовая техника: стиральная машина, холодильник — всё добротных европейских марок.
В квартире, как и в былые времена, поддерживался образцовый порядок. Знакомые со школьных лет шкафы с книгами были на своих местах, и библиотека нисколько не поредела. Стеллажи же, на которых хранились собранные Мишкой еще в детстве модели кораблей, самолетов, танков и прочей игрушечной техники не только не обеднели содержимым, но и пополнились новыми экспонатами.
— Как ты думаешь, если такой взрослый мужик, как я, до сих пор увлекается моделированием, это слишком… позорно? — спросил Мишка.
— Ну ты сказал… Разве это позорно. Глянь за окно, там же людоедство натуральное. Эх, Мишка… Нашел чего стыдиться.
Хоть и не верилось, что в этом доме знакомы с алкоголизмом, но Мишка пил, это факт. За ужином он, никого не спрашивая, достал из кухонного шкафчика графин водки и разлил по рюмкам. Валера, как человек малопьющий, опрокинул немного за компанию.
— Слушай, — спросил Валера немного погодя, — А ты пытался… бороться?
— С водкой? Пытался. Вся семья пыталась, чего только не делали. Вплоть до того, что ампулу эту самую вшивали, как Высоцкому, помнишь о нем такое говорили? Не помогает. Держался, бывало, по много недель, но потом всё равно срывался. А уж когда отец умер… Теперь решил, что лучше уж честно платить эту дань, чем над собой издеваться…
Мишка за время беседы заправился основательно, но на удивление мало
опьянел. Изменений в его поведении было, пожалуй, меньше, чем в
Валеринином. Того с непривычки развезло, и ночевать он остался у
Самойловых, на раскладушке. Ночью они вспоминали былое,
философствовали, совсем как в школьные времена. Потом смотрели MTV почти до утра и удивлялись, насколько доступной теперь стала популярная
музыка, за которой в их их золотые годы приходилось охотиться «днем с
огнем».
Утром Валера проснулся рано и стал собираться. Он должен был передать Ларисе рекламные материалы, чтобы она отнесла их в одну редакцию, в уже почти сверстанный номер номер. Мишка, услышав, что Валера собирается, проснулся, и проводил гостя.
В офисе Валеру ждал первый счет за аренду офиса. Он припомнил, что как раз в эти дни заканчивается льготный период, подаренный в счет ремонта. Платить было почти нечем. Деньги еще оставались, но отдать их за аренду означало оголить другие потребности. Заметил он и то, что сумма в документе немного отличалась от той, о которой договаривались. Решил подняться в офис собственника здания и прояснить ситуацию. Там застал Любовь Борисовну — менеджер по работе с клиентами.
— Здравствуйте, я хотел бы уточнить по поводу счета, — начал Валера.
— Здравствуйте, Валерий, — ответила она, — я как раз хотела спуститься к вам по этому же вопросу, хорошо, что вы зашли. Как идут ваши дела? Тут у нас появился один клиент — магазин автозапчастей, которому приглянулось помещение под лестницей, которое вы занимаете. Вы не хотели бы перебраться в более просторное? У нас освободился недавно отличный офис из двух комнат, с большими окнами, свежим ремонтом. Там даже кое-что из обстановки есть. Переезжайте, Валерий, не всё ж вам, такому молодому и перспективному, в каморке сидеть, как папе Карло!
— Да я, Любовь Борисовна, и эту-то каморку из последних сил оплачиваю. Доходы пока чисто символические, а расходы… не уменьшаются.
— А чем же вы там занимаетесь, напомните пожалуйста. Вы говорили, да я запамятовала.
— Электронный бизнес-справочник составляем. Он будет в виде компакт-диска: вставил в компьютер — и можно искать товары и услуги. Хоть по ключевым словам, хоть по тематическому рубрикатору, — вырвались у Валеры привычные фразы, которые он произносил в присутствии тех, в ком видел потенциальных покупателей.
— Это очень интересно… Мне кажется, что вы немножко неправильно ведете дела. Нет, я ни в коем случае не собираюсь вас поучать, но по-моему, вам бы следовало обратиться… к более опытным предпринимателям, они бы подсказали что-нибудь, помогли…
Валера промолчал в ответ. Такой поворот разговора ему не понравился и он вернулся к тому, зачем пришел, сообразив на ходу кое что.
— Давайте по поводу аренды обсудим ситуацию. Скоро лето, и я по опыту знаю, что на рынках рекламы, СМИ и информационных технологий это мертвый сезон. Все разъедутся в отпуска, продажи упадут. А у меня они и не начинались по большому счету. Думаю, мне вряд ли удастся платить за аренду в ближайшие месяцы. Поэтому придется мне, наверно, от вас съехать. Предлагаю так: я оплачиваю этот счёт и через месяц освобождаю помещение. Можете сообщить об этом магазину автозапчастей.
— Пусть будет так, это в наших интересах, — ответила Любовь Борисовна после секундной заминки. Но вы, всё-таки, поразмышляйте над моими словами.
«Черта с два, — думал Валера выходя от нее. — Я истратил деньги, доставшиеся по наследству от отца, на хорошее, перспективное дело. Я уже полгода кормлю черт знает кого: арендодателя, налоговую, а буду кормить еще и бандитов, если не придумаю, как от них отмазаться. Я самостоятельно изучил программирование. Не спал ночей, создавая этот справочник, шел на риск и расходы, добывая данные для него. Попутно освоил множество специальностей: бухгалтера, кадровика, рекламиста. Что-то не похоже, что все эти усилия вознаградятся в обозримом будущем. Не в коня корм. Прекращать нужно это дело. Только вот Ларису жаль. А что ее жалеть? У меня-то деньги всё равно кончатся не через месяц, так через два. Так что в любом случае ей придется искать себе другую работу. Всё, хватит, наигрался в предпринимательство. И уж тем более не пойду ни к кому на поклон. Накланялся уже, когда по найму работал, от этого и в бизнес пытался сбежать». «А давай с тобой начистоту, Валера, — отозвался откуда-то из глубин подсознания внутренний голос. — Никакой ты не предприниматель по складу характера, верно? Программистом в свое удовольствие хотел поработать? Так поработал же! Справочник если и не получился таким, чтобы его продавать, но ведь ты понимаешь, что будь у тебя в запасе несколько недель — довел бы его до ума». — «Даже сомнений никаких в этом нет,” — отозвался на это еще какой-то внутренний Валерин аватар, дерзкий и самоуверенный». «Вот и успокойся, — продолжал ментор. — Хорошо бы, конечно, закончить этот проект и говорить потом всем: «Вот этот справочник создал я!». Но кто знает, сколько еще сил на это уйдет. А сейчас тебе просто нужно отдохнуть. Может, потом когда-нибудь закончишь»…
В таких случаях приличные литературные герои начинают бороться со скептическим внутренним голосом и, совершая героические усилия, добиваются-таки благородной цели цели. К сожалению, а может и к счастью, Валера на тот момент уже слишком хорошо выварился в отечественных экономических реалиях, и твердо знал, что если в голове прозвучал заветный инстинктивный сигнал «Забей!», не доверять ему небезопасно.
— Валерий Вячеславович, Валерий Вячеславович! — встретила его на пороге офиса чем-то взбудораженная Лариса. — Звонили из фирмы «Лаки и краски» только что. Помните, я возила туда наш компакт-диск несколько дней назад? Им понравился наш справочник, они хотят с вами поговорить.
Валера воспринял эту новость без энтузиазма. Внутренне он уже решил закрывать дело, но по инерции перезвонил в «Лаки и краски».
— Валерий, — поприветствовал его начальник отдела маркетинга, — мы готовы пользоваться вашим справочником, но есть одно пожелание: там у вас очень много фирм, у которых не указаны адреса электронной почты, а мы планируем массовую рассылку нашей рекламы через Интернет. Не могли бы вы доработать свой продукт, выяснить и добавить эти адреса? Мы, конечно понимаем, что это связано с расходами, и готовы оплатить эту работу.
— В каком объеме? — поинтересовался Валера.
Человек на том конце провода назвал сумму, которой хватило бы, разве что, на зарплату Ларисе, если та возьмется править базу данных.
— Да, это скромная сумма, — продолжал собеседник. Но мы готовы предложить и другие формы сотрудничества, например сделать вашу организацию структурным подразделением нашего холдинга.
«Лаки и краски» были одним из крупнейших предприятий региона. Это ОАО славилось высокими зарплатами и было одним из немногих островков благополучия в разоренном экономическим ураганом 90-х городе.
— Спасибо, — ответил Валера, — мы рассмотрим ваше предложение.
Вежливо закончив разговор и положив трубку, он попросил Ларису:
— Вызови, пожалуйста, такси.
— Поедем на «Лаки и краски»?
— Повезем компьютеры ко мне домой. За аренду платить нечем, Лариса. Я решил закрыть это дело. Кстати, вот, возьми, это тебе.
Он протянул ей одну из трех оставшихся в его распоряжении стодолларовых бумажек. Зарплату он выдал Ларисе на днях, но хотел сгладить явно не самый приятный момент ее трудовой биографии.
— Я еще знаешь что тебе хочу предложить? Давай в твоей трудовой книжке напишем, что ты в нашей фирме занимала должность заместителя директора по маркетингу. Хочешь? Больше ничего для тебя не могу сделать.
— Как закрыть дело?! — сверкнула глазами Лариса. — Ведь можно же продолжать! Этот справочник всем будет очень полезен, нужно съездить на «Лаки и краски», попробовать договориться…
— Не хочу, — пожал плечами Валера, невольно изобразив на лице гримасу профессора Преображенского из фильма Бортко.
В конце 2002 года правительство России объявило о своем намерении бороться с «фирмами-однодневками». Все коммерческие организации, прекратившие коммерческую деятельность, подлежали принудительной ликвидации. Попало в этот список и Валерино ООО «Электронный бизнес-справочник». «Опять повезло», — подумал тогда Валера, опасавшийся, что заморозив деятельность, но не потрудившись закрыть предприятие должным образом, он может заполучить неприятности по линии налогообложения.