Жил-был римский император по прозвищу Красная Борода.
Нет, это не Фридрих Барбаросса. Настоящее имя нашего героя — Луций
Домиций Агенобарб, а в просторечии — Нерон. Тот самый, который сжег
Рим. В честь него даже компьютерную программу назвали — Nero burning ROM.
Я не очень люблю лингвистические фокусы в стиле Фоменко и Носовского, но в данном случае сходство имен просто кричащее: корень «барб» (борода) содержится как в слове Барбароса, так и в слове Агенобарб. В последнем нельзя не заметить еще и искаженное «огонь» (Агенобарб — Огнебородый), и это не случайное созвучие. У биографа римских императоров Светония прямо сказано, что представители древнеримского рода Агенобарбов были рыжими в прямом, биологическом смысле. Например, о жестокости одного из представителей этого семейства один тогдашний оратор сказал: «Нечего удивляться его медной бороде, если язык у него из железа, а сердце из свинца». Сам поджигатель Рима, кстати, эту часть своего имени не любил и обижался, когда его называли Агенобарбом.
Соблазнительно поставить знак равенства между Нероном и Барбароссой, воспользовавшись методом хронологического сдвига, но это, конечно же, выглядело бы смешно. Что общего у любителя богемной, артистической жизни и сурового германского рыцаря кроме рыжей бороды и… титула римского императора. Но не будем забывать, что Агенобарб — не личное, а родовое имя Нерона. Поэтому средневекового Краснобородого можно поискать и среди родственников античного. Перечитаем с этой целью книгу Светония о Нероне.
Прапрапрадед этого римского императора воевал в Галлии еще до Юлия Цезаря. С германцами он, казалось бы, не был связан, но интересен нам по другой причине: «В бытность свою трибуном поссорился с понтификами, так как те на место его отца выбрали не его, а кого-то другого, и за это отнял у жреческих коллегий право избрания новых членов, передав его народу». Это напоминает борьбу, которую вел Барбаросса с католической церковью. В своем послании Папе Римскому Евгению Третьему этот император запретил Святому Престолу вмешиваться в светские дела.
Перейдем к прапрадеду. Тот «пытался лишить Цезаря начальства над галльскими войсками и был незаконно назначен ему преемником». Уже интереснее, поскольку этот знатный римлянин уже вполне мог быть представителем прогерманских сил, заинтересованных в прекращении трансальпийской экспансии Цезаря, а фраза «незаконно назначен ему преемником» недвусмысленно намекает, что прапрадед Нерона мог быть хоть и не полноценным, но все-таки императором, легитимность которого могла распространяться, например, не далее сферы влияния «германской нации».
Прадед Нерона «был лучше всех в своем роду». Он участвовал в заговоре против Цезаря, заведуя флотом своих сообщников и передав это имущество после провала дела восстановления республики Марку Антонию, у которого стал служить легатом. Этому представителю рода Агенобарбов даже предлагали стать формальным императором Римской империи, поскольку подчиняться непосредственно Антонию римляне стыдились: это значило бы подчиняться также и Клеопатре. Императорскую власть этот человек (имени которого Светоний почему-то не называет) «из-за внезапной болезни… не решился ни принять…, ни отвергнуть, но перешел на сторону Августа и через несколько дней умер». Еще один «квазиимператор» среди предков Нерона (он выведен, кстати, как один из персонажей пьесы Шекспира «Антоний и Клеопатра»).
Имя Неронова деда Светоний называет вполне определенно — Домиций.
Впрочем, возможно, это всего лишь почтительное обращение, образованное
от dominus (господин), переделанное в имя собственное. Этот прием
нередко можно видеть в античных и средневековых хрониках, где нужно
персонифицировать безымянный персонаж. Кроме того, Домиций — тоже не
личное, а родовое имя. Так что как в точности звали Неронова деда
источник тоже не сообщает.
Как бы то ни было, Домиций этот был гораздо теснее связан с германскими делами. Он получил, например, в награду за первый римский рейд за Эльбу особые триумфальные украшения. Он был заносчив, расточителен и жесток. Не упускал случая унизить римскую знать, «а гладиаторский бой устроил такой кровавый, что Август… вынужден был обуздать его эдиктом». Это уже больше похоже на неистового германского рыцаря.
Отец Нерона, если верить Светонию, был человеком «гнуснейшим». Это не мешало ему какое-то время оставаться влиятельной фигурой при императорском дворе, пока он окончательно не испортил свою репутацию какими-то мерзкими жестокостями. Тем не менее, безымянный (опять!) Неронов родитель сопровождал императора Гая Цезаря Калигулу в поездке по Востоку, в ту пору не менее «взрывоопасному», чем во времена крестовых походов с участием Фридриха Барбароссы.
Род Агенобарбов, возможно, канул бы в историческое небытие, если бы отец будущего хозяина Рима, несмотря на свое самодурство, не женился на Агриппине. Она была дочерью самого Германика — искренне любимого римлянами и безвременно ушедшего из жизни отпрыска Августовой фамилии. Уж Германик-то, судя по прозвищу, был к германским делам близок как никто из римлян… В общем, благодаря этому браку наш Нерон и стал римским императором.
В этом кратком очерке о предках Нерона можно видеть явное пересечение с биографией немецкого императора Фридриха I. И античные, и средневековый «краснобородые» императоры как-то связаны с интересами Римской империи в Германнии, которая, после того как Юлий Цезарь «прорубил окно» за Рейн, интенсивно в ту пору осваивалась. Правда, сам Барбаросса в экспансии на восточно-европейском направлении как-то не особо отличился, предпочитал крестовые походы на Святую Землю и в Италию. Может даже показаться странным, что гитлеровцы свой план нападения на СССР назвали «Барбаросса». Возможно, сделали они это потому, что современник Фридриха I — герцог Генрих Лев — устроил в 1147 г. между Рейном и Эльбой такой разгром, что этноним обитавших там славян в германских языках оказался навсегда связанным со значением «рабство». Именно этот вассал Барбароссы совершил прорыв за Эльбу, где захватил много славянских земель. Благодаря этому Генрих Лев так усилился, что хотел даже выйти из подчинения императору и часто отказывался выполнять распоряжения верховной власти. Но Фридрих I первенство, все-таки, удержал.
Получается, что совершивший прорыв за Эльбу дед Нерона и есть Фридрих Барбаросса. Нерон — внук Барбароссы, живший примерно во второй половине XII века, современник князя Игоря! Это ли не прекрасно?